ЗАДУМЧИВАЯ ГРУСТЬ

заметки

(часть сорок девятая)

 

СТРУНЫ

Душа, как рояль, и настройка её для меня есть путь к раскрепощению. Столкновение внутреннего мира с миром внешним нередко приводят к дисгармонии. Каждый раз настройка требует всё больших усилий. У рояля есть струны и, когда он переживает, то захватывает меня полностью. Что уж говорить о струнах моей души! Их звучание определяет мысли и поступки, создаёт меня музыкальную. Струны души и тела дарят истинное понимание счастья. Состояние это настолько хрупкое, что малейшая неосторожность может его разрушить.

 

РАЗГОВОРЫ

В разговорах проявляется человек. Видно, как некоторые стараются показать своё красноречие, но чем больше говорят, тем очевиднее обнаруживается недостаток ума. Оглядываясь назад, понимаешь, сколько часов, дней, недель, месяцев, лет промелькнули незаметно, сливаясь в один бессмысленный разговор. Может быть, так и нужно - родиться и говорить. Умереть - и затихнуть. А разговоров об одном и том же избежать, практически, невозможно.

 

ЛЬВЫ

Лев на Божедомке, особенно гривастый, видел автора «Идиота». Лев в Лефортово, наблюдал за шалостями Пушкина. Люблю останавливаться у львов над воротами Дома учёных. Но ещё больше люблю пройтись по Патриаршим прудам к памятнику Крылову, открытому в наше время. Тут мысль моя перетекла к старинному питерскому дедушке Крылову в стихотворении Владимира Бенедиктова:

Довольно и беглого взгляда:
Воссел - вы узнали без слов -
Средь зелени Летнего Сада
Отлитый из бронзы Крылов, -
И станут мелькать мимоходом
Пред ликом певца своего
С текущим в аллее народом
Ходячие басни его:
Пойдут в человеческих лицах
Козлы, обезьяны в очках
Подъедут и львы в колесницах
На скачущих бурно конях;
Примчатся в каретах кукушки,
Рогатые звери придут,
На памятник деда лягушки,
Вздуваясь, лорнет наведут…

 

БУМАЖНЫЕ ЦВЕТОЧКИ

Высунув кончик языка, я старательно вырезаю лепестки мака из красной гофрированной бумаги. Один за другим они падают на стол. Мне нужно пять лепестков для каждого цветка, чтобы собрать букет. Вот уже их набралось вполне достаточно. От усердия даже шея онемела, я поднимаю голову и верчу ею слева направо. Теперь предстоит самое сложное: собрать цветы. Для этого мне необходимо обмотать такой же, но уже зелёной бумагой проволоку для стебельков, при этом аккуратно прихватив кончики лепестков. «Утро красит нежным цветом/ Стены древнего Кремля…» доносится из приёмника. Я готова идти на демонстрацию по случаю 1-го Мая. Мне семь лет.

 

СМЕЩЕНИЕ

Давно уже не удивляюсь смещениям событий в голове моей. Недавние впечатления тонут в глубинах памяти, чтобы неожиданно вынырнуть, как мне кажется, в неподходящий момент, связь нитью с современностью. И связь эта становится очень крепкой, поскольку останавливает от повторения ошибок. Далёкое предстаёт близким, и вдруг опять исчезает, как будто его и вовсе никогда не было. Смещение времён и событий происходит помимо моей воли. То ли я играю с жизнью, то ли она - со мной?

 

В ДЕРЕВНЕ

Вид из окна машины был печальный. Снега не было, голые поля, на которых сиротливо склонялась на ветру прошлогодняя трава, да ветви редких деревьев. Солнце едва угадывалось за плотными облаками размытым пятном. Дорога причудливыми петлями пролегала среди болот. Мы ехали больше двух часов. Ни мрачная картина за окном, ни погода не огорчают меня. Я тихонько напеваю: «дороги, дороги…» и предвкушаю дивный вечер у огня. Смеркалось. Затопили печь. За дверцей из огнеупорного стекла шумит огонь, багровые отсветы дрожат на стенах, откинувшись в кресле, отложив раскрытую книгу, я прислушиваюсь к вою ветра за окном.

 

ТИШИНА

Устраиваюсь у печки читать «Остров Сахалин» Чехова. Ужасные картины жизни и быта каторжников, непроглядная темнота за окном вызвали тревожные мысли. Вдруг мне показалось, что я оглохла. За окном наступила необыкновенная тишина, которую называют «мёртвой». Ни шороха, ни звука, как будто даже ветер умер. Я выключила свет и, крадучись, подошла к окну. Белый и ровный свет наполнил комнату. В туманном небе на головокружительной высоте стояла одинокая луна, ярко горящая, как лампа. В комнате тепло и уютно - может быть, оттого, что стекла запотели и не видно одинокой ветки яблони, день и ночь стучавшей в окно.

 

"Наша улица” №197 (4) апрель 2016